Профессор, бежавший из лап ЧеКа

08.09.2016 - Выборы, Новости ЦАО
Профессор, бежавший из лап ЧеКа

Журналист Максим Соколов опубликовал статью, в которой подробно разбирает выборную программу кандидата Андрея Зубова.

Предвыборные выступления кандидата в депутаты от ПАРНАСа профессора Андрея Зубова привлекли внимание публики. Граждане дивуются как импозантному внешнему виду кандидата — «Эким Брахмагуптой вырядился», так и смелости его речей.

Что свидетельствует как о пользе избирательных кампаний, позволяющих любому сделаться центром общественного внимания и донести до сограждан свои ценные идеи, так и о том, что граждане ленивы и нелюбопытны. Ибо свои идеи Андрей Зубов вынашивал и высказывал от юности своей. Избирательная кампания не внесла тут ничего нового.

Правда, отыскание программы профессора, носящей название «12 шагов», сопряжена с трудностями. Гугль все время отсылает вместо профессора на страницу анонимных алкоголиков — оказывается, их программа также называется «12 шагов». Но сумевшего преодолеть анонимный алкоголизм и отыскать страницу профессора ждет воистину пир духа

Среди «12 шагов» есть совершенно замечательные, но незаслуженно обойденные вниманием публики.

«Шаг 3 — Запрет на использование имен преступников» предполагает, наряду с прочим, запрет на «публичное использование символов, атрибутов и реалий тоталитарного коммунистического режима». Символы — это еще понятно: красный флаг, серп и молот. Что такое «атрибуты и реалии» понятно менее. Относится ли к подлежащим запрету реалиям жилой фонд советского времени (куда уж реальнее)? Творожные сырки в щоколадной глазури? Папиросы «Беломор»? Жигулевское пиво? Ретроавтомобили «Победа» и «Волга» ГАЗ-21? Здесь большой простор для революционно-демократических инициатив.

«Шаг 6 — Компенсация за лагерный и колхозный труд». Собственно, в начале 90-х ВС РФ уже принимал законы о компенсации жертвам политрепрессий, но компенсации были малы и оказались съедены галопирующей инфляцией. Теперь щедрости будет больше, а круг лиц, имеющих право на компенсацию, существенно расширен. В него будут включены также «участники борьбы с советским режимом в эмиграции, а также лица, которые под угрозой репрессий открыто выступали за свободу творчества, вероисповедания и интеллектуального поиска». Где деньги на это? — Очевидно, в тумбочке.

Причем тумбочка должна быть довольно большая, ибо компенсацию нужно будет платить также и колхозникам, работавшим в колхозах до 1966 г., причем «Право на получение компенсации распространяется на лиц, привлеченных к… недоплаченному труду, а также на их детей и внуков». Все эти компенсации будут получены «в форме участия в капитале приватизированных предприятий либо регулярных выплат из специально созданных частно-государственных фондов» (знаем, плавали).

«Шаг 6» заставляет меня задуматься, над конкретным казусом из жизни колхоза «Сознательный», что в Тверской области. Мой знакомец тракторист, а ныне пенсионер Димка Данилов 1945 г. р., очевидно, имеет право (вместе с детьми и внуками) на компенсацию — он успел поработать в колхозе до 1966 г. С другой стороны, Димка до 1991 г. состоял в КПСС и, следовательно, заслужил люстрацию (шаг 4), а вовсе не компенсацию. Но проблема еще сложнее. В годы тоталитаризма Димка пострадал от коммунистов. Мучимый ревнивыми чувствами, он стрелял из ружья в потолок собственной избы, после чего колхозная парторганизация за бытовое разложение вынесла коммунисту Данилову строгача с занесением. Что в соответствии с «Шагом 2 — Реабилитацией всех патриотов» предполагает выплату ему компенсации не только как человеку, принужденному к подневольному колхозному труду, но и как жертве политических гонений. В общем, здесь работы для целой бригады адвокатов.

Но это еще ничего, адвокаты произносят речи, контора пишет. Более интересные последствия может принести предпоследний «Шаг 11 — Политическая федерация регионов». В рамках этого шага «Каждый гражданин России может объявить себя членом одного национального сообщества (народа) и получить право избирать и быть избранным в общероссийский национальный совет этого сообщества. Национальные советы должны располагать собственными средствами, получаемыми как от налоговых платежей членов сообщества (им можно направить небольшую долю поступлений от подоходного дохода), так и от государственных дотаций. На эти средства осуществляется развитие образования, культуры и искусства народов России. Каждое национальное сообщество непосредственно избирает двух своих представителей в Совете Федерации».

Предложить каждому гражданину России приписаться к той или иной национальной курии есть вернейший способ разбудить лихо, которое пока еще спит тихо. Особенно в землях со смешанным населением

Например, в Башкирии начать выяснять, кто башкирец, а кто татарин. Это как щедро полить бензином, а потом кинуть спичку. Понятно, что Зубов — человек божественный, не могущий отвечать за последствия своих речей, но жителям полыхнувших регионов от этого легче не станет.

Однако наибольшее внимание привлекли два профессорских шага — люстрация и реституция. Это, очевидно, связано с тем, что о люстрации и реституции, как о трагически упущенной (или не вполне упущенной, после победы над нынешним режимом надо обязательно провести) возможности, рассуждают весьма многие освободители. Особенно это было хорошо видно в дни 25-летия ГКЧП, когда множество людей с хорошими лицами рассуждало о том, что надо было (и надо будет) действовать смелее и жестче.

«Шаг 5 — Справедливая реституция» предполагает, что «Владельцы имущества, изъятого из собственности советской властью, и их наследники, вправе получить его обратно у государства, либо, если возвращение в натуре невозможно, получить возмещение причиненного вреда». Правда, для аграриев делается исключение — «Учитывая сомнительное в нравственном отношении происхождение значительной части помещичьей собственности на землю (как результат закрепощения крестьян), арендуемая крестьянами на 1917 год помещичья земля должна быть передана как собственность наследникам арендаторов».

Если говорить о заводах и фабриках, то реституция через сто лет вообще загадочна. Капитал имеет свойство обновляться, и на заводах образца 1917 г., хотя бы формально они и сохранились в этом качестве, нет буквально ни одного станка, оставшегося с 1917 г. и продолжающего действовать. То же относится к железным дорогам etc. Разве что имеется в виду возвращение производственной площадки. Например, наследникам А. И. Путилова следует отдать территорию Кировского завода, а что будет с производством — это уже не профессорское дело.

Более или менее реальна реституция жилой недвижимости. В ЦАО г. Москвы, где баллотируется Андрей Зубов, с одной стороны, квартиросъемщики, а ныне собственники квартир менялись неоднократно, с другой стороны, доля дореволюционного жилого фонда довольно велика.

Несомненно, жители Патриков или Остоженки, узнав, что они со своими миллионами могут идти к бую, а квартиры вернутся наследникам дореволюционных владельцев, наперебой побегут отдавать свои голоса Андрею Зубову

Тут вот что странно — причем относится это не только к Зубову. Мечтаний о реституции у нас хоть отбавляй, но ни разу не был предъявлен пилотный проект реституции по какому-нибудь малонаселенному нечерноземному району. Взять хоть г. Зубцов Тверской обл. (население 6380 человек). Поработать с кадастровой палатой, выяснить, какие дома подлежат реституции, кто является наследником бывших владельцев, и предъявить набор реституционных документов для последующей дискуссии. Тогда хотя бы было о чем говорить. Без такой предварительной работы можно лишь посоветовать мечтающим о реституции через сто лет помечтать еще о реституции через четыре с половиной века — во времена Иоанна Васильевича многие прежние владельцы вотчин также их лишились.

И наконец, пункт, вызывающий наиболее сладострастные мечтания прогрессивной общественности — это «Шаг 4 — Люстрация». «Ограничение прав на занятие государственных должностей для бывших сотрудников и осведомителей КГБ, лиц, занимавших освобожденные должности (руководящие и в аппарате) в КПСС и ВЛКСМ».

Тут, конечно, будет много забавного — под люстрацию подпадет и поддерживающий Зубова на выборах Михаил Ходорковский и, например, начальник ВШЭ Ярослав Кузьминов. Но самое забавное может произойти с самим Андреем Зубовым — известный из истории сюжет «Люстрированный люстратор».

Начнем с того, что сыну советского контр-адмирала, начальника оборонного главка и воспитаннику совершенно закрытого в те годы от неправильных людей пажеского корпуса, т. е. МГИМО — только о люстрации и говорить. Но простодушный Андрей Зубов рассказывает о себе еще более интересные вещи: «В МГИМО я был абсолютным антисоветчиком. Я говорил о том, какое безобразие – ввод войск в Чехословакию. Я это публично говорил! От меня шарахались, но ничего со мной сделать не могли. А я еще в «Кофеварке» нашего института говорил друзьям, как, мол, досадно, что Сталин не проиграл войну Гитлеру. Потому что все равно, в конце концов, союзники бы нас освободили, но тогда бы англичане и американцы установили бы у нас демократию и сменили бы людоедский сталинский режим».

Первое объяснение — публика в МГИМО была столь благородна, что никто не донес — представляется крайне сомнительным. В совзагранучреждениях (а МГИМО был предбанником к столь желанной загранкомандировке) стук распространялся быстрее звука. Доносчик и свою бдительность показывал, и конкурента на загранку устранял.

Второе объяснение дает сам профессор — «По положениям, разработанным после 1956 года Политбюро, семьи номенклатуры – жен и детей – нельзя было вызывать в КГБ без разрешения главы семьи». А благородный отец не разрешал.

Но есть и третье, совсем неприятное объяснение. В переводе В. С. Курочкина из Беранже говорится:

Он способен и готов
Самых рьяных либералов
Напугать потоком слов.
Вскрикнет громко: «Гласность! гласность!
Проводник святых идей!»
Но кто ведает людей,
Шепчет, чувствуя опасность:
Тише, тише, господа!
Господин Искариотов,
Патриот из патриотов —
Приближается сюда

Желающие могут вспомнить также сыщика Бретшнейдера, державшего перед Швейком неистово вольнодумные речи. Это классика сыска — «Я злословием притворным // Тогда желал тебя лишь испытать, // Верней узнать твой тайный образ мыслей». Возможно, собеседники юного Андрюши Зубова обоснованно или необоснованно видели в нем провокатора — и не поддавались на провокацию.

Проблема в том, что в гипотетической люстрационной комиссии скорее всего подумают то же самое. Так что блюдите, сколь опасно ходите. Мы-то знаем, что профессор — человек блаженный, но члены комиссии могут не знать.

Это уже не говоря о том, что сторонники люстраций, не учитывают одно обстоятельство. Теоретически можно разработать крайне софистичную процедуру, позволяющую идеально отделять агнцев от козлищ — и при этом еще сохранить хоть какие-то опытные кадры для государственного служения. Но для следования такой процедуре нужны деньги, время, а главное — честная и компетентная администрация. Что невозможно — все революционные эпохи характеризуются крайним падением уровня администрирования. Тут невозможна никакая софистичная процедура — а только революционное правосознание со всеми вытекающими.

И все же можно приветствовать выдвижение проф. Зубова — такое доведение освободительного антикоммунизма до логического конца дорогого стоит, ибо до крайности назидательно.

Источник

Профессор, бежавший из лап ЧеКа: 1 комментарий

Хитрец

Соколов гениален. В былые годы именно благодаря нему подписался на «Эксперт» — и не продлил подписку с его уходом.
А Зубова нужно залить формалином и поместить в музей. Как самого что ни на есть эталонного отечественного либерала, готового нести любую чушь и жрать любое дерьмо, лишь бы оно было с привкусом Свободы и Демократии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *